Вслух о силе рода и наших предках с Наталией Ининой. Часть 1

Наталья,

Добрый день.

Добрый день,

Юля.

У нас Наталья Инина в гостях.

Я бы очень хотела,

Чтобы вы представились,

Рассказали,

Кто вы,

Какое у вас образование,

Что вы практикующий психолог,

Вы автор книги,

Но мы об этом ещё,

Я надеюсь,

Поговорим.

Сегодня очень хочется поговорить про силу рода,

Что это вообще такое,

Поэтому представьтесь,

Пожалуйста.

Спасибо,

Ольга.

Я закончила факультет психологии Московского государственного университета.

Это моё второе высшее образование,

Первое в ГИК.

И моя мечта была заниматься режиссурой.

Когда я была совсем юной,

Девочками на режиссёрский не брали сразу,

Со школьной скамьи,

Но когда я была в школе,

То мне очень нравилось,

Когда у меня была дочь,

И у меня была такая же сила,

Как и у меня.

И я поняла,

Что режиссура меня тянула,

Потому что меня тянула всегда психология,

Отношения между людьми,

Отношения с самим собой,

Коллизии судьбы,

Которые куда-то нас выруливают.

Ну и на самом деле какие-то трудности жизни,

С которыми надо как-то мочь совладать.

И где эти ресурсы,

И как найти точки опоры.

Вот все эти вопросы,

В общем,

Меня очень интересовали.

Вечные и осиюминутные,

Они нас всех так или иначе касаются,

Рано или поздно.

Они всегда меня маучили,

Дотолкали до факультета психологии МГУ,

Который я закончила,

В общем,

Довольно взрослой уже барышней,

Мне было 35 лет.

И с тех пор я практикую,

У меня очень хорошие учителя,

И очень хорошая школа,

И очень хорошие учебники.

И очень хорошая школа такая вот за спиной,

Патопсихологическая,

Клиническая,

Психологическая школа.

И я давно уже,

Более 20 лет примерно,

Практикую.

У меня своя частная практика,

Свой центр психологический,

Где уже мои коллеги,

Такое сообщество в одну сторону смотрящих людей,

Единомышленников.

И при этом ещё преподаю в факультете психологии МГУ.

И в Российском православном университете читаю психологию.

В общем,

Такой интересный опыт.

Так что получается,

Что я и теоретик,

И практик.

Наша тема сегодняшняя,

Мы к ней долго шли,

Я думаю,

Что к ней нельзя быть сразу готовой.

И сознание должно быть готовым,

И человек должен понимать,

Что мы чуть-чуть глубже,

Чуть-чуть больше,

Чем мы одни сами здесь.

И,

Наверное,

Это поднимается ещё и с возрастом.

Вообще сила рода и корни,

Наверное,

Приходят не сразу к человеку,

Вот это осознавание.

Скажите,

Пожалуйста,

Что такое сила рода,

И есть ли вообще она?

Я бы начала немножко,

Знаете,

Как бы из-за такта.

Потому что передо мной такая красивая женщина Ольга,

Которая говорит о силе рода,

Именно женщина.

Вот вы говорите человек и сила рода.

Я бы всё-таки здесь апеллировала больше к женщинам.

Потому что тема сила рода,

Вообще род – это женская тема.

Честно говоря,

За всю свою такую долгую практику,

И я работаю много с мужчинами,

Не только с женщинами,

Последнее,

Что вообще волнует мужчин – это сила рода.

Они всегда с нуля,

Понимаете,

Они всегда должны себя отстоять,

Обозначить,

Победить,

Преодолеть,

От всего оттолкнуться и уплыть в дальние дали.

А женщина как раз плетёт эту косу,

Она плетёт эту силу рода,

Она всё время оборачивается назад и смотрит при этом вперёд.

У неё совершенно такое другое стереофоническое зрение.

Поэтому мне кажется,

Это такая совершенно женская тема.

И я сразу откликнулась,

Как только мне сказали,

Что такая будет тема,

Тема моя.

Потому что книжка,

Которую вы сказали,

«Как ни крути»,

«Испытание детства» она называется.

Да,

«Испытание детства».

Получилось,

Знаете,

Такой скромный,

Так вот скажу,

Бестселлер,

Потому что за 5 лет 6 изданий,

6 сейчас готовится.

Просто потому что она выстрелила в ту самую точку,

Болевую точку той самой оборванности рода.

Потому что мы все немножко такие сироты.

Но это понятно,

Достаточно оглянуться просто в историю нашей страны,

Где были обрублены,

Обрезаны эти косы,

Эти нити прабабушкам,

Прадедушкам и так далее.

Очень мало кто из нас знает о третье,

Четвёртое колено нашего рода.

Некоторые меняли фамилии.

Это тоже же про оборванность какой-то силы рода?

Оборванность,

Да.

И это причём оборванность не просто силы рода,

А просто на самом деле аутентичности.

Потому что ты же не знаешь,

Кого ты.

Ты,

Может быть,

Прабабушку в какую-нибудь прадедушку.

То есть в тебе что-то должно выстрелить,

А ты не понимаешь,

Откуда это берётся.

Ты не похож на папу,

Маму.

Даже на бабушку и дедушку.

Но на кого-то же ты всё-таки похож.

Кого-то,

Чью-то энергию ты взял и какую-то идею реализуешь.

Может быть,

Ту,

Которую не удалось реализовать кем-то до тебя.

И вот это некое понимание,

Чувство,

Знание,

Оно чрезвычайно важно.

Даже не в каком-то таком,

Знаете,

Эзотерическом плане,

А именно психологическом плане.

Потому что мы больше,

Чем мы.

Мы больше,

Чем наши истории от момента рождения в этот мир.

В каком-то пределе мы такие существа экзистенциальные,

Медфизические.

Поэтому,

Конечно,

Вот эта связь,

Она чрезвычайно значима,

Важна.

И именно для того,

Чтобы мы были самой.

И в этом плане,

Если чуть-чуть,

Так сказать,

Вы мне даёте пространство для разговора.

Я обычно,

Знаете,

Привыкла,

Что интервью это такое,

Блиц-блиц-блиц-блиц,

И вы так мягко приглашаете меня к разговору,

Я тогда позволю откликнуться.

И продолжу мысль.

Вот действительно,

Сейчас такая немножко тема,

Ну,

Неоднозначная,

Потому что очень много спекуляций на эту тему.

Давайте мы,

Так сказать,

Проникнем в вашу историю,

Раскопаем там какие-нибудь тайны.

И,

Ну,

Понятно,

В нас во всех живут дети,

Дети потеряют ручки и хотят,

Вот,

Как бы заглянуть в бездну прошлого,

Как и в бездну будущего.

Но на самом деле это такие игры,

И часто они безопасные игры.

И в этом плане,

Ну,

Я так очень,

Так сказать,

Трепетно отношусь к Юнгу.

На самом деле я считаю его таким гениальным психологом,

Потому что он как-то довольно глубоко погрузился именно в психологию того самого коллективного бессознательного,

Которому имеет прямое отношение род и сила рода.

Давайте объясним тому слушателю и зрителю,

Кто не знает про коллективное бессознательное,

Потому что про это много говорят,

Но не всем удобно иногда спросить,

Что же это такое,

Да?

И учитывая,

Что они сталкиваются с этим,

Практически мы каждый день,

Да,

Можем с этим столкнуться.

Если мы это понимаем,

Как это работает,

Иногда можно из воронки даже какой-то вытащить себя случайно.

Давайте расскажем просто,

Что пропагандировал,

Какую идею пропагандировал Юнг,

Карл Юнг,

И что такое коллективное бессознательное.

Спасибо большое.

Действительно,

Очень часто люди современные боятся спросить,

Вроде как неудобно обнаружить свою некомпетентность.

На самом деле я всегда призываю не бояться спрашивать,

Потому что мы не обязаны это знать,

Это специальный термин.

Я просто вошел в культуру,

Да,

И так сказать закрыто вошел в культуру,

И действительно мало кто понимает,

Что за этим стоит.

Юнг был такой масштабный исследователь,

Он не был только психологом,

Он был и врачом,

И философом,

И таким антропологом,

Исследователем.

И он обнаружил,

Работая с людьми,

Что есть такая глубинная часть психики,

Которая связывает вообще людей между собой,

Так сказать,

Глубинно,

Интуитивно.

Мы можем чувствовать то,

Что мы,

По идее,

Не могли бы чувствовать,

Знать,

Что мы не могли бы знать.

То есть какие-то условно-мифологические глубины есть,

Которые нас соотносят друг с другом,

Не только в актуальном времени,

Но и с прошлым.

Он брал мифы,

Сказки народов,

Которые никак по тем временам не были друг с другом сопряжены,

Географически в разных континентах.

Тогда не было самолётов,

Пароходов,

Поездов,

То есть не было форм связи.

А сказки одни и те же,

Мифы одни и те же.

Архетипы – это ещё один термин,

Который на каждом углу мы встречаем,

И никто не понимает,

Что это значит.

Очень красиво он даёт образ.

Это сухое русло реки – архетип,

Человек пускает в свою воду.

Очень красивый образ,

Поэтический такой.

И в каком-то плане род – это русло реки,

По которому действительно мы движемся,

И мы пускаем туда свою воду.

И,

Конечно,

Если мы говорим о коллективном бессознательном,

Мы берём актуальное время,

В котором мы сейчас живём.

Сколько здесь этого коллективного бессознательного.

Оно нас ведёт,

Оно рождает героев,

Оно не спровергает этих героев,

Оно даёт какие-то новые идеи.

Причём эти идеи могут быть синхронистичны в разных головах,

Одновременно появиться.

И он показал такую карту,

Схему неиндивидуальной психики.

То есть такой некий бульон,

В котором мы все плаваем,

И это не безвоздушное пространство,

Там много чего скрыто.

И,

Конечно,

Если мы говорим в этом ключе о Роде нашем,

То это такая,

Понимаете,

Какая-то река.

У каждого какая-то своя тема,

История,

Линия.

И это на самом деле то,

Что стоит у нас за спиной.

Давайте на секундочку прикроем глаза и подумаем,

А что стоит у нас за спиной.

Достаточно ли мы чувствуем себя защищёнными,

В безопасности?

Кто-то нас обнимает сзади,

Или,

Наоборот,

Пустота зияет позади.

Я когда работаю с людьми,

У которых,

Например,

Нет отцов,

Особенно это проблема для женщин,

Ну просто развелись в очень раннем возрасте,

Девочке было 2-3 года,

5 лет,

И просто видно,

Что это женщина,

У которой нет отца.

У неё позади,

За её спиной пустота.

Поэтому она всё время пытается найти где-то,

Кого-то перед собой уже,

Кто бы мог быть той фигурой неосуществлённого,

Потерянного отца,

Чтобы не быть такой уязвимой,

Не быть такой беззащитной.

Что нам даёт отец?

Потому что у мамы и у папы разные роли для формирования ребёнка.

Какие нам закладывает качества папа?

Замечательный,

Ольга,

Вопрос.

Спасибо большое.

Тогда,

Может быть,

Стоит коснуться потом и маму.

Обязательно.

Да,

Да,

Конечно.

Потому что это пара такая очень важная.

Папа – это первый другой.

Это мост в мир людей.

Когда есть папа,

Когда он берёт тебя за руку,

Когда он смотрит в твои глаза,

Он тебя введёт куда-то.

И в каком-то смысле ты перестаёшь бояться мира людей,

Потому что вот он другой.

Я не случайно сказала про маму,

Потому что мама – это моё,

Это моя среда,

Это некая стихия,

С которой я прям сопряжена.

Фактически мы одно.

И в этом плане мама даёт чувство безопасности базовое,

Такое базовое доверие к миру вообще,

В широком смысле слова,

Не обязательно человеческому.

То есть я просто не боюсь жить.

То есть мама – это я,

Как я себя ощущаю внутри,

А папа – это то,

Как я выхожу к людям,

К социуму.

Это социализация.

И поэтому,

Когда папа,

Например,

Нет,

Ощущение,

Что мир чужой,

Он вообще,

Ты параллельно с ним существуешь.

Да,

Человек адаптируется,

Женщины,

Девочки прекрасные.

Сейчас много возможностей адаптироваться.

Да,

Конечно,

Они всё это прикрывают,

Компенсируют,

Но там,

В глубине души,

Вот эта рана,

Она зияет,

И она очень,

На самом деле,

Если пристально вглядеться,

Она чувствуется,

Она видна.

Понятно,

Что на лбу никого,

У кого ничего не написано,

Но душой мы это чувствуем,

Такую уязвлённость.

А мама,

Конечно,

Вот это ощущение просто права на жизнь.

Вот я есть,

Я вот тут в этом мире всех подвинула и стою.

Вот это я,

Азъесима.

Да,

Да.

Скажите,

Пожалуйста,

Вот программа рода,

Мы это часто слышим,

Мы часто об этом задумываемся,

Особенно те люди и действительно женщины,

Которые начинают выяснять,

Кто они,

Откуда они пришли,

Кто были их бабушки,

Прабабушки.

И вообще,

Я узнала,

Что это важно во время своей терапии,

В которой я очень много лет,

Для меня это уже важнее,

Чем спортзал,

Важнее,

Чем почистить зубы,

Это просто уже такое лонгитюдное исследование себя и мира.

Но я только там начала понимать,

Что.

.

.

Я начала маме своей задавать вопросы,

Потому что мы куда-то упёрлись во время сессии терапии,

И мне интересно,

А что моя прабабушка делала,

А какой она была.

И поэтому я знаю всё,

Что возможно,

Про свой род,

Но подозреваю,

Что я это знаю,

Потому что мне нужно было это на пути,

Во время моих занятий.

Почему нам это важно знать?

В какие моменты вы со своими клиентами упираетесь и в какие?

Если вдруг.

.

.

Вообще,

Чем больше практики сегодня будет,

Конечно,

Тем лучше.

Но чтобы тот человек,

Кто нас смотрит,

Смог ассоциировать,

Может быть,

Свою потенциальную проблему с тем,

Что,

А может быть,

Это там,

Нужно пойти туда.

В какой момент мы знакомимся с нашими бабушками,

Прабабушками и вообще с нашим родом?

В какой момент это нужно нам в сегодняшней жизни?

Спасибо большое.

Я понимаю прекрасно,

При завеку практики у меня были такие идеи сегодня,

Немножко дать инструменты,

На самом деле очень работающие,

На самом деле довольно простые.

Дело в том,

Что мы не случайно как-то вышли с вами к бессознательному,

Потому что наше индивидуальное бессознательное,

Если,

Конечно,

Брать модель Юнга,

А не Фрейда,

Оно вплавлено в это коллективное бессознательное,

Такое,

Знаете,

Как бы айсберг.

Это его образ любимый,

Который погружён в этот океан бессознательный.

В принципе,

Наше бессознательное всё знает.

Мы в глубине души на самом деле несём в себе какую-то информацию и о бабушках,

И про бабушках,

И дальше,

И дальше.

Но наше сознание ничего не знает.

И вот эта связь между сознательным и бессознательным – это такая большая проблема,

Потому что у нас такие немножко головастики.

Современный человек такой вот головастик,

В который понапихали кучу информации,

Он не понимает,

Что с ней делать,

Потому что информация к душе имеет очень косвенное отношение,

С душой лучше бы ладить.

Это большой вопрос.

И здесь как раз помогает психотерапия очень сильно.

И по поводу уже конкретно вот этого вопроса,

Зачем нашему сознанию знать,

А что,

Собственно,

Было на самом деле?

Дело в том,

Что если мы посмотрим так вот широко,

Я действительно уже имею такую возможность охвата большого,

Потому что я довольно много практикую.

Каждый день человек по 6,

По 8 – это моя норма.

И так много лет.

Поэтому я могу действительно такую статистику всё-таки наблюдать.

Очень часто женщины и мужчины точно так же в этом плане нет различий,

Воспроизводят бессознательно старые какие-то модели и схемы,

Которым они пригваждены,

Грубо говоря,

Именно родовым образом.

Например,

Бабушка развелась,

Мама развелась,

Прабабушка развелась,

И девочка разведётся.

Она любит,

Она там пылко вздыхает,

Она очень счастлива,

Но она разведётся.

Бессознательно мама будет делать всё,

Чтобы она развелась.

Она сама это будет всячески воспроизводить.

Сознательные ожидания часто прямо перпендикулярны тому внутреннему сценарию,

Той внутренней программе,

Которую мы просто не осознаём.

Но она часто совершенно играет против нас,

Против наших сознательных желаний.

Например,

Это,

Кстати,

Тема-тема.

Например,

Все женщины были в основном несчастны.

И это,

На самом деле,

Очень типично,

Потому что всё-таки советское прошлое,

Две войны,

Репрессии,

Много-много чего происходило в этой многострадальной стране,

Действительно.

И очень много трагических судеб женщин и мужчин,

Прабабушек,

Прадедушек,

И дальше,

И дальше.

И я с удивлением,

Я бы сказала,

С потрясением обнаружила,

Что многие люди боятся быть счастливыми.

Да,

Это вообще в нашем менталитете есть,

Это правда.

Какой-то запрет на счастье,

Как будто бы ты предаёшь тех,

Кто был за тобой,

Страдал,

Мучился,

Над которыми издевались,

Подстреляли,

Сажали.

И ты как бы не имеешь права,

У тебя чувство вины.

И я,

Вы знаете,

Дам сразу такой инструмент.

Дело в том,

Что я уже много лет веду такую мастерскую под названием «Лаборатория женского счастья».

И там я делаю одно такое упражнение,

Которое могут сделать наши с вами слушатели,

Слушательницы,

Наверное,

Всё-таки лучше бы я предложила это делать женщинам.

Это надёжнее,

Потому что всё-таки у женщины интуиция,

Она всё делает правильно.

Я предлагаю закрыть глаза.

Вы как-то так немножко полеветируете мысленно,

Внутренне.

Куда-то представьте,

Какой-то полёт над городом,

Куда-то,

Так сказать,

За город.

Вот под вами где-то реки,

Леса,

Озёра пролетают.

И ваша душа знает,

Куда вы летите.

Вы летите туда,

Где ждут женщины вашего рода.

Они там все собрались.

Они знают,

Что именно сейчас вы появитесь,

И вы действительно видите это место издалека.

И вы точно знаете,

Что именно это место – это то,

Куда вам надо прилететь,

Прибыть.

И вы снижаетесь,

Вы полёт,

Приземляетесь и видите перед собой этих женщин.

Вы можете видеть их лица,

Можете их не видеть конкретно,

Но они все вам рады,

Они улыбаются вам,

Они ждали вас,

И они дождались вас.

И они вручают вам такой красивый ларец,

Такой дар рода.

Вы открываете этот ларец,

И вы видите там нечто,

Предназначенное только вам.

И это драгоценность рода,

Которая будет теперь всегда с вами.

И вы слышите их послание,

Какое-то слово или словосочетание,

Главные слова,

Которые они даруют вам,

Которые они хотят,

Чтобы вы забрались с собой,

Чтобы вы в свете этих слов дальше жили свою жизнь.

Вы закрываете ларец,

В котором находится драгоценность вашего рода.

Вы благодарите этих женщин,

Прекрасных женщин.

Вы отталкиваетесь ногами от этой прекрасной земли,

Вы спаряете и летите назад.

И опять под вами леса,

Озёра,

Реки,

Поля.

И вот уже огоньки городков,

Вашего города,

Дома,

Дороги,

Машины.

И вы оказываетесь в той точке,

Откуда начинали своё путешествие.

И вот сейчас я вижу,

Как Ольга прекрасно закрыла глаза,

И вот проходит этот опыт,

И вы можете открыть глаза.

И на самом деле поделитесь своими впечатлениями,

Если готовы.

Да.

Да.

Расскажите,

Что было.

Я всех увидела.

И они мне подарили ларец с большим рубином,

Который на нитки из жемчуга.

Очень большой камень.

И они сказали мне,

Что все женщины вокруг тебя,

У тебя ты можешь исцелять,

И ты можешь их вдохновлять,

И это твоё призвание.

И ты всё делаешь правильно,

И мы рядом.

Что вы чувствуете,

Оль?

У меня сейчас… Я где-то в космосе.

Да,

Да.

Во-первых,

Это очень сильно.

И слёзы — это не всегда плохо.

Это хорошо.

Это очень хороший признак.

Это настоящее.

Когда сердце открывается,

Слёзы текут сами.

Конечно,

Это правда.

Это очень сильно.

Я там только что была,

И их все только что увидела.

И я всегда знала,

Что я очень люблю женщин,

И очень хотела бы им… Я вообще очень хочу,

Чтобы мы объединялись.

Правильно.

Спасибо вам огромное.

Это потрясающе,

Потому что всегда все плачут.

Это нормально.

И это очень про жизнь,

И это очень про женскую жизнь.

Это не обязательно для этого знать,

Что было.

Я хочу,

Чтобы они нас отпустили на свободу,

Чтобы они дали нам вот это «живи»,

«будь»,

«твори»,

«ничего не бойся»,

«будь уверенна в том,

Что ты всё делаешь правильно».

Они дают нам это благословение.

И всегда женщины видят драгоценности,

Плат,

Свет,

Жемчуг,

Рубины,

Какие-то потрясающие россыпи драгоценных камней или каких-то диадем,

Корон,

Или каких-то великолепных одеяний.

Это архетипические вещи.

И то,

Что вы так быстро,

Но видно,

Что вы проработанный очень человек.

У вас нет этого зазора,

Каменной защиты.

Нет,

У меня лимитов ноль.

Это прекрасно.

Это просто говорит о том,

Что вы очень живая.

Я вижу,

Когда мы работаем с женщинами,

Всегда слёзы,

Или не благословенные слёзы,

Они такие,

Знаете,

Слёзы какого-то полёта,

Свободы.

Свободы,

Да.

Невероятной свободы,

Прорыва.

Это и есть род.

И для этого не надо тратить безумные деньги,

Копать какие-то схемы,

Что,

Чего,

Куда.

То есть понятно,

Что это здорово.

Мы даём жизнь людям,

Которые пропали.

В этом плане совершенно другая цель.

Но я могу сказать,

Что я работала с женщинами,

Которые просто были удочерены,

Они были просто сиротами.

Да,

Вот этот есть у нас вопрос.

Да,

У меня замечательная моя клиентка,

Коллега,

Уже психолог,

Бывшая клиентка,

Конечно.

Она была удочерена,

У неё вообще никаких контактов с родителями.

И когда мы с ней работали,

Она поставила такой вопрос,

Я не знаю вообще своего отца,

Мне трудно строить отношения с мужчинами,

У меня ощущение тотальной небезопасности.

И все отношения абьюзивные.

То есть все мужчины,

Которых она подсознательно выбирала,

Они все такие немножко монструозные.

И это понятно,

Потому что она воспроизводит бессознательно вот ту небезопасность,

Когда её бросили,

Покинули.

И вот когда мы,

Там в этой лаборатории есть разные приёмы,

Мы работали с фигурой отца,

Которого она никогда не знала,

Она увидела сон в результате,

Что он,

Какой-то он,

Пришёл к ней с огромным букетом белых цветов,

Сказал,

Ты лучшее,

Что я сделала в этой жизни,

Ты чудо,

Счастье,

Что ты есть на свете.

Я безумно счастлива быть твоим отцом.

И вручила ей этот огромный букет.

Она рассказывала это на лаборатории,

Конечно,

Рыдая,

Но это было такое,

Знаете,

Это был катарсис.

Это были слёзы,

Которые были выплаканы за всю её жизнь,

И с ней качественно всё изменилось.

Она стала совершенно спокойной,

Принимающей себя,

Глубокой,

Уверенной в себе в хорошем смысле этого слова.

И,

Конечно,

Я совершенно уверена,

Что это было в прошлом году,

Я уверена,

Что ещё с личной жизнью резко наладится.

То есть это как бы вот так.

Этот сон был следствием какой-то проработки?

Да,

Это была проработка.

Мы как раз работали с фигурой отца,

Которого,

Собственно,

Просто не было.

В этом плане информация – это важно,

Но это не обязательно.

Не всегда мы можем найти эту информацию.

Мы иногда просто упираемся в стену,

И мы чувствуем некоторую фрустрацию,

Отчаяние,

Что,

Мол,

Диана,

Ну как же,

Вот теперь быть,

Мы не знаем.

Это не обязательно.

Вот,

Я хотела спросить,

Правда ли,

Что сейчас вообще удивительный мир?

Я вижу,

Как он меняется от физического к очень эзотерическому,

Прямо на наших глазах.

Правда ли утверждение,

Что даже если у нас нет информации,

Она есть?

Она есть.

Она… Если мы представим облако,

И чем выше сознание,

Как я понимаю,

Тем мы можем как бы вилкой в розетку подключаться,

Там вся информация хранится.

И то,

Что мы называем интуицией,

Чуйкой,

Это же на самом деле считанная информация откуда-то.

Из этого как раз коллективного бессознательного?

Это про это?

Очень глубокий,

Очень важный вопрос.

Дело в том,

Что Юнг,

Например,

Считал,

Что как бы сильно погружаться в это небезопасно,

Потому что индивидуальная психика,

Она всё-таки устроена определённым образом.

Он был человеком верующим.

Ему уже задавали этот вопрос,

Вы верите в Бога?

Он говорил,

Я не верю,

Я знаю.

И он был сыном пастора,

И такая у него была,

Понимаете,

С детских лет глубинная религиозная картина мира.

И в этом плане он понимал,

Что нырять в океан,

Когда ты только научился плавать,

Не очень хорошая идея.

Нет.

Тогда как Милтон Эриксон,

Прошу прощения,

Потому что и тот,

И другой Эриксон.

Милтон Эриксон,

Он был такой клиникой,

Врачей,

Он как раз был автором недирективного гипноза.

Он считал,

Что погружение в бессознательное очень полезно.

Но в определённом контексте это было полезно для его работы с клинически больными людьми.

А сейчас это считывается как бы,

Давайте ныряем,

Будем плавать,

Мы там просто утонем на самом деле.

Поэтому Юнг очень красивую модель предложил.

Он говорил,

Что когда мы интегрируем своё бессознательное индивидуально,

Когда мы научаемся с ним взаимодействовать,

То есть чувствовать,

Слышать себя,

Погружаться в себя,

Быть собой на глубине,

То мы обретаем некую внутреннюю целостность,

Личную внутреннюю целостность,

Которая на самом деле чувствует,

Что надо,

А что нет,

Где опасно,

А где нет.

И вот тут наша интуиция очень хорошо подсказывает.

Вот туда не надо ходить,

А вот сюда,

Может быть,

И стоит.

И мы это можем чувствовать иррационально.

Кстати,

Не в такие далёкие времена ведь не только интеллектуально люди познавали,

Они познавали сердечно.

Был такой способ познания,

Как сердечная интуиция.

Сердечная интуиция – это то,

Что схватывает ситуацию сущность напрямую.

Нам не нужны аргументы,

Доказательства,

Объёмы каких-то потоков,

Потоки информации.

Мы просто знаем.

Дальше мы интеллектуально достраиваем,

Рефлексируем,

Анализируем.

Это обязательно такой момент,

Но разум расчленяет,

Анализирует.

А интуиция схватывает целостно,

Она синтезирует.

То,

Что вы говорите,

Очень красиво.

Это время объединения.

Мы живём в мире,

Где нужно объединяться,

Синтезировать,

Связывать.

И в этом плане работа с родом – это работа связи.

Понимание,

Что мы не кусочек болтающегося в этой вселенной,

Который на нас наплевать.

Это живое бытие.

Мир,

В котором мы живём,

– это живое пространство,

Живой организм,

Грубо говоря.

И мы являемся его частичкой.

И тогда танец получается между мной и этими разданиями.

Мы как бы танцуем.

Мне очень близка вся эта история,

Потому что в моём роду женщина поддерживала женщину.

То есть это моя матрица.

Я другой матрицы просто даже не знаю.

А что делать,

Когда,

Во-первых,

Есть абьюзивные,

Токсичные женщины,

Есть травмы,

Которые.

.

.

Вы меня поправьте,

Я совсем не профессионал.

Да,

Да,

Да,

Ольга.

Что если вдруг есть приобретённая психопатия,

Когда человек встречается с какой-то такой травмой от родителя,

Когда он.

.

.

Просто психопаты все представляют,

Как человека-маньяка из фильма,

Который бежит.

Мы же сейчас с вами немножко расшифруем,

Что здесь я имею в виду.

И вот мы видим такую хладнокровную,

Нечувствующую,

Непонимающую,

Для кого-то даже циничную,

Алчную,

Неважно,

Но на самом деле очень травмированную внутри женщину,

Которую уже неинтересно ей чувствовать,

Неинтересно ей любить.

В этом смысле.

.

.

Как быть.

Как быть ей.

И вообще задаёт ли она себе такой вопрос,

Начнём с этого,

Вообще надо ли ей это,

А если ей это не надо,

Что делать с людьми,

Которые находятся в её окружении рядом?

Да,

Замечательная тема,

Невероятно важная,

Потому что опыт показывает,

Статистика показывает,

Что количество психопатических людей возрастает.

И я это вижу каждый день.

Да,

Это правда.

Мы можем с вами рассказать,

Кто такие они,

Современные психопаты,

И что не надо их искать в психбольницах.

Да,

Они рядом с нами,

Как в кино.

Да,

Чужой такой,

Который живёт вроде как в приличном теле.

Дело в том,

Что психопатия – это врождённая патология характера.

Это такой удар,

Может быть,

От рода.

И надо сказать,

Что я дам пример,

Где род работает,

И понятно,

Что психопатия – это моё точное убеждение.

Опытное,

Конечно,

Я не могу сказать так строго научно об этом,

Но я в этом уверена абсолютно,

Что появляется психопатия ровно потому,

Что в роду что-то творилось невозможное.

То есть очень сильно нарушались какие-то законы жизни,

И ребёнок рождается из психопатии не на ровном месте.

И пока я немножко разверну это понятие,

Потом чуть-чуть мы его апгрейдим.

Значит,

Это врождённая патология характера.

Что это значит?

Это значит,

Что человек,

На самом деле,

Может быть неплох,

Но то,

Как он действует,

Как он видит людей,

Как он к ним относится,

Как он переживает эмоции,

Как он мыслит – всё пронизано ядом психопатии.

Есть очень простые критерии для того,

Чтобы понять,

Кто такой психопат.

Это человек,

Который всегда считает себя правым.

Всё,

Что происходит вокруг не так,

А во всём виноваты другие люди.

Только такая логика в голове у психопата.

И у него поразительный уровень самоверенности.

То есть его «я реальная,

Я идеальная» из таких понятий психологии,

Они как бы равны.

Обычно нормальный человек всегда понимает,

Что есть зазор.

Но «я реальная» – это то,

Что сейчас есть у меня,

А «я идеальная» – это то,

Куда я устремлён.

И я делаю что-то,

Чтобы там оказаться.

У психопата он уже там,

Он уже на этом эвересте.

И это,

Конечно,

Даёт ему право терзать людей,

Требовать от них соответствия,

Усовершенствования.

Он абсолютно уверен в том,

Что он правильно всё делает.

И во благо этим людям.

При этом он как бы всегда эгоцентричен,

Он нечувствитель к боли другого человека абсолютно.

Поэтому,

Конечно,

Это действительно патология,

Необратимая.

Если невроз – это обратимая вещь,

Это следствие травматизации и так далее,

То психопатия – необратимая штука.

Единственный выход из психопатии,

Как у Виктора Франкла,

Прекрасного психолога,

Такой образ «жука в стакане».

Вот жук в стакане,

Если он горизонтально болтается в этом стакане,

Он помрёт,

Рано или поздно упадёт на дно и,

Так сказать,

В общем,

Отдаст концы.

Ему надо взлететь,

Чтобы освободиться.

Вот выход из психопатии только в личность.

То есть подняться над характером,

В личностный уровень – это очень трудно,

Но это реально.

И это большая,

Такая кропотливая работа специалиста.

Но психопат,

Наверное,

Должен быть очень высокоорганизованным,

Чтобы заметить себя со стороны.

Психопат вообще себя со стороны невысокоорганизованный видит?

Нет,

Никогда.

И даже высокоорганизованный не видит.

Его обычно,

Если он попадает в кабинет психолога,

Либо его кто-то приводит,

Либо он приходит,

Чтобы выяснить,

Почему ему так не повезло,

Почему вокруг него все такие мерзкие люди.

Вот главная мотивация.

Если он,

Как вы совершенно точно заметили,

Все-таки мыслящий,

Достаточно культурный,

И при этом хороший психолог у него,

Вот тогда шансы есть.

Но это как бы линия самого психопата.

Это тема отдельного огромного разговора.

А вот вы все-таки задали вопрос,

А что делать,

Раз мы оказываемся,

Например,

В ситуации с этим психопатом рядом?

Или психопат в роддом,

Мать,

Отец,

Бабушка,

Дедушка.

Сплошь и рядом эти истории.

Могу точно сказать,

Что у психопатических людей дети всегда невротизированы,

Они травматики.

И,

Конечно,

Здесь дистанция – это наше все.

Потому что взаимодействие с психопатом чревато тем,

Что ты настраиваешься,

Ты работаешь над собой,

Ты начинаешь осознавать происходящее,

Но ты человек живой и не психопатизированный.

И ты открываешься в надежде.

И обязательно,

В совершенно непредсказуемый момент,

Ты получишь удар под дых от психопата.

И он найдет способ так двинуться,

В такой момент,

Когда ты точно этого не ждешь.

И я это просто знаю из опыта,

Потому что огромное количество людей,

С которыми я работала,

– жертвы психопатов.

И они говорят одно и то же,

Что я держу дистанцию просто потому,

Что я так сохраняюсь.

Стоит мне только открыться,

Я тут же получу по голове.

Что ими движет в этот момент,

Когда они наносят этот удар?

Просто объясните тому самому травматику,

Что,

Знаете,

Особенно,

К сожалению,

Современные фильмы,

Они романтизируют психопатов,

Если мы с вами видим.

Потому что начинается фильм явный портрет психопата,

И эти фильмы почему-то заканчиваются всегда свадьбами,

Счастливыми семьями.

И я недавно,

Меня это просто пробило насквозь,

Когда я поняла это,

Подумала,

Какое бесстыдство.

Потому что вы в умы 17-летних,

20-летних,

25-летних девушек закладываете сценарий,

Что,

Возможно,

Вот такой гаденыш всегда плохой парнишка,

Сволочь,

Никого не любящий.

Тут он влюбляется именно в эту девушку.

Чаще всего она такая неприметная,

Чуть-чуть сероватая мышка.

А потом у них романтическая история любви,

Как будто это вообще проработанный здоровый человек.

Да,

Манипуляция.

Это,

Конечно,

Чистой воды манипуляция.

Суть которой состоит в следующем.

Всё возможно.

И вот так вот,

Как в сказке.

Раз,

И она станет королевой,

Конечно,

А он станет любящим мужем,

Само собой разумеется.

Она из мышки вот так вот просто в одночасье превратится,

Не знаю,

В королеву красоты,

А он,

Конечно.

.

.

Психопат-то был потому,

Что он был несчастен,

А она его спасла.

Такого же не бывает в жизни.

Не бывает в жизни,

Исключено.

Сценарий тех людей,

Которые встречаются с психопатами,

Он диктуется,

Мне кажется,

Современным фольклором.

Это же тоже фильмы,

Всё это.

И она думает,

Ну вот со мной он.

.

.

Станет другим.

Станет другим.

Или она точно изменится.

И каждый раз бьёшь в одну и ту же.

.

.

Дротик пытаешься кинуть в одну и ту же цель.

Что нам объяснить тем самым травматикам,

Которые,

Как я понимаю,

Если травмы не прорабатывают,

То опять попадают в ретравматизацию,

То есть ищут эти грабли,

На которые надо наступить.

Потому что каждый раз я говорю,

Что я никакого способа,

Кроме как пойти к психологу,

Проработать травму,

Чтобы остановить вот это хождение по граблям и повторение сценария,

Я не знаю.

Если.

.

.

Наверное,

Вы тоже скажете.

Да.

Но вы знаете,

Смотрите,

На самом деле,

Не случайно мы такое путешествие с вами осуществили,

Потому что давайте представим себе вот эту 17-летнюю чудесную девушку,

Которая увидит таких своих прабабушек,

Мудрых,

Проживших жизнь.

И они вручают ей там какое-то прекрасное,

Не знаю,

Диадемы,

Говорят,

Ты чудесная,

Ты не должна никого спасать,

Живи свою жизнь,

Встречай достойного человека.

Ты драгоценность,

Которая цена и перед Богом,

И перед людьми,

И перед этим самым достойным тебя мужчиной.

Когда отец есть за спиной,

Он говорит,

Ты моя принцесса,

Такая девочка никогда не пойдёт в лапу психопату,

Никогда.

Потому что когда она идёт на эти грабли,

Пытаясь найти себе эти грабли обязательно,

Как стать несчастной,

Без посторонней помощи,

Называется,

А в ней всегда есть программа,

Рода,

Ты должна спасти,

Ты должна быть хорошей,

Ты должна постараться.

А без этого ты никто.

Вот в чём трагедия этих программных установок,

Этих сценариев.

И вот такая девочка находит того самого психопата,

Могу вам сказать,

Просто личный опыт.

Если кто-то почитает мою книжку,

Поймут,

Что я тот ещё травматик на самом деле,

У меня была очень тяжёлая история детства и так далее.

И я недавно поняла,

Что я абсолютно здоровая женщина.

Когда я пришла на выставку к Серову,

Прекрасную выставку,

Она была вот сколько там,

Пару-трёх лет назад,

Там было два портрета Левентана и Коровина.

Рядом они прямо так вот,

Рядышком висели.

И я смотрела на этого прекрасного Левитана,

Депрессивного,

Невротизированного,

Несчастного,

Грустного,

Такого,

Знаете,

Очень привлекательного,

Просто очень.

Конечно,

Девушка смотрит на такого мужчину и говорит,

Вот со мной он будет другим,

Вот со мной.

Он расцветёт,

Все свои потенциальные таланты развернёт.

И она попала,

Понимаете,

Как в паутину.

И я когда смотрела на Левитана,

Я понимала,

Что в 25 я,

Конечно,

Влюбилась бы точно.

Но сейчас я подумала,

Только Коровин,

Только,

Никаких Левитанов,

Нам не надо.

Это его проблема,

Проблема его терапевта,

Не моя,

Точно.

И я не хочу своим детям такого мужа.

В смысле,

Такого отца,

Всего такого мужа,

Потому что это будет бесконечная психотерапия на дому.

А вот Коровин – позитивный,

Здоровый,

Адекватный,

Реальный,

Бодрый.

Его не надо спасать.

Он сам себя спас и всех спасёт вокруг.

И этот сценарий,

Понимаете,

Вот тут как раз мы опять возвращаемся к нашей теме,

Потому что когда мы начинаем понимать,

Что наши предки страдали не потому,

Что они хотели страдать,

Они были бы счастливы не страдать.

И они,

Если представим себе,

Как бы они смотрят на нас там с небес.

Вот что они нам желают?

Свободы,

Радости,

Творчества,

Созидания.

Они хотят,

Чтобы мы были счастливыми,

Чтобы мы реализовали всё,

Что у нас есть внутри.

Но точно они не хотят,

Чтобы мы вот в эти паутины вляпывались,

И бесконечно эти паутины как-то пытались исцелить,

Исцелить паутина на той паутине,

Что она,

Так сказать,

Паутина,

Понимаете?

Не надо с ней иметь дело.

Она как бы.

.

.

Это для докторов.

И надо сказать,

Что когда женщины начинают работать с собой,

Со своим родом и с внутренним миром,

Либо они уходят с такого брака,

Если там нет детей,

И слава богу,

Если там нет детей,

Если только начались отношения,

Либо они разрывают эти отношения,

Которые не дошли до брака.

Если уже ситуация серьёзная,

И женщина за 40,

Или к 40,

И там дети,

И это уже как бы кровеносная система,

Вот уже всё срослось,

То до работы такая женщина,

Рабыня изаура,

Конечно,

Она просто жертва ходячая.

И она не уверена в себе,

Да,

100%.

Ей кажется,

Что он действительно прав.

Вот после работы над собой она говорит,

Что-то в этом датском королевстве явно не так,

И то,

Что он ходит мрачно,

Это его проблемы,

А у меня вообще всё прекрасно,

Обстоят мои дела прекрасно.

И я помню,

Как одна моя клиентка,

Которая пришла ко мне абсолютно просто раздавленной,

Размазанной таким мужем-психопатом,

Там четверо детей,

Так сказать,

И ты не двинешься никуда,

И там просто был абьюз такой классический,

Насилие.

Это же не обязательно тебя бьют головой об батарейку.

Нет,

Конечно,

Конечно.

Это бесконечные поджатые губы,

Бесконечное недовольство.

Почему не сырники,

А кашу?

Почему картошка,

Я и так помню,

Ну что ты?

Это невкусно,

Это неубранно,

Почему ты так плохо выглядишь?

Ты почему-то располнела бесконечные придирки.

И она всё время живёт в этих кривых зеркалах и начинает в это верить.

Да.

И вот она мне говорит,

Вы знаете,

Он спускается там,

Они живут в загородном доме,

Спускается на завтрак с классическим своим недовольным,

Априорно недовольным взглядом.

Там же дело не в том,

Что он на столе,

А в том,

Есть ли повод к чему придраться,

И он обязательно найдётся.

Да.

И он его,

Конечно,

Находит.

Я же просил тебя там сделать сырники.

Она говорит,

Вы знаете,

Я смотрю на него и думаю,

Бедный,

Как же ему плохо живётся.

Всю ночь думал,

К чему бы придираться,

И вот наконец-то нашёл.

Думаю,

Говорит,

Я с улыбкой и говорю,

Глядя на его внутреннего несчастного мальчика,

Ну,

Не переживай,

Будет у тебя завтра сырник,

Не волнуйся,

А сегодня вот кашку поешь.

И говорит,

Вы знаете,

Я как будто в какой-то броне прекрасной,

Жемчужной броне,

И за мной мои женщины,

И мой род,

И мои дети передо мной.

Он просто бедный,

Больной мальчик,

И мне просто его жаль.

Это совершенно другая система координат.

Мало того,

Через какое-то время он,

Естественно,

Как и любой на его месте,

Это просто типическая история,

Этих историй множество.

Он начинает,

Конечно,

Сначала злиться,

Потому что манипуляции не работают,

Она перестает быть его едой.

Как сказала одна женщина,

Я устала быть сосиской в тесте,

Которую все едят.

Она перестала быть его едой,

А ему нечего есть эмоционально,

Энергетически,

Ему некого пить,

Чью кровь надо,

Надо же где-то присосаться,

Опять-таки какой-то вот этот привычный механизм воспроизводительности.

А она не даётся.

Дальше он опрокидывается на себя,

Потому что дети всё-таки.

.

.

Это немножко другая реальность.

И через какое-то время она говорит,

Дай мне телефон твоего психотерапевта.

Это всегда поражаешься,

Потому что какая-то такая логика жизни,

Понимаете?

Свет побеждает тьму.

Да,

И всегда поэтому,

Когда я общаюсь в личном контакте,

У меня девушка,

Например,

Или может в Инстаграме спросить,

А что мне делать,

У меня муж?

Я всегда говорю,

Дорогие,

Мы всегда начинаем с себя,

Потому что чудеса начинают твориться на твоём изменённом сознании,

На том отражении в зеркале новом,

Которое ты получаешь.

Ты становишься другим магнитом,

Ты становишься.

.

.

Я всегда описываю,

Представьте,

Что вас разобрали по кусочкам,

Как в мультике,

Собрали только других кристалликов,

И эти кристаллики начинают отражать совершенно других людей,

Другую картину мира,

Вы начинаете встречать других людей,

Но вы даже можете поссориться с существующими,

И это тоже часть плана,

Да?

Да,

Конечно.

То есть не надо на это смотреть как на трагедию.

Это часть плана,

Чтобы новое сформировалось общество вокруг тебя,

Потому что ты новый,

Ты другой.

Что делать,

Если в роду психопат не мама,

А фигура отца?

На самом деле я.

.

.

Спасибо,

Вы меня вернули к этой точке,

Очень важной.

Дело в том,

Что здесь такой можно использовать как раз пример,

Который я чуть-чуть уже так проговорила.

Когда психопат родитель,

Мама ли,

Папа ли,

Он доминантная фигура,

Потому что мы маленькие,

И родители большие,

И они либо помогающие,

Либо уничтожающие.

Когда мы вырастаем,

Наш внутренний ребенок смотрит на родителей по-прежнему как бы на что-то огромное и угрожающее.

Именно поэтому я вот как такой заправский травматик,

Участвовав в факультете психологии,

Понимала,

Что направления все как бы да-да-да,

Но чего-то не хватает.

И пошла в разработку авторского метода работы с внутренним ребенком в определенном образе.

Это,

Конечно,

Термин понятный,

Это Эрик Берн и Юнг с его божественным ребенком.

Но вот такая у меня там своя концепция.

И это некоторая возможность допрожить по-другому детство,

То есть переформатироваться внутренне,

Найти своего внутреннего родителя,

Определённым образом поработать с своим внутренним ребенком.

Я всегда говорю следующее.

Вот представьте себе,

Что ваш родитель,

Папа или мама,

Для девочки папа важнее,

Серьезнее,

Значимее,

Более такая доминантная фигура.

Ваша девочка реагирует так на него.

Девочку уберите.

Девочку обнимите.

Скажите,

Солнышко,

Этот дядя мой папа,

А у тебя я родитель.

А я уже взрослая.

А я взрослая.

Не волнуйся.

Стань у меня за спиной.

А я как взрослая разберусь с этим дядей моим папой,

У которого там внутри больной мальчик.

То есть меняется вся геометрия пространственная.

И тогда происходит то,

Что важно,

Что начинают работать глубинные пласты психики.

Мы не просто интеллектуально,

Рефлексивно,

Аналитически что-то такое понимаем.

Это важно,

Но недостаточно.

А эффективный уровень,

Эмоциональный уровень,

Он работает,

Когда мы включаем такие глубинные инструменты,

Которые имеют отношение к бессознательному.

И вы знаете,

Там происходят удивительные метаморфозы,

Когда такие же абьюзивные родители.

Мамы бывают тоже,

Знаете,

Истерические,

Психопатические матери.

Это вообще отдельный номер.

Такие просто.

.

.

Это такие пылесосы по всасыванию человеческой энергии.

Ну и папы какие-нибудь возбудимые психопаты,

Которые просто агрессоры ходячие.

Люди,

Которые начинают работать вот так с собой,

Они говорят,

Вы знаете,

Вообще всё меняется.

Эти бедные родители действительно спотыкаются когда ты так себя с ними ведёшь.

Потому что когда мы коммуницируем с другим,

Мы же не только сознанием с сознанием коммуницируем,

Коммуницируют наши бессознательные пласты.

И когда внутри нас,

И вот это ваша прекрасная фраза,

Начинать надо с себя,

Внутри нас что-то меняется глубинно.

Наш внутренний ребёнок за нашей спиной,

Мы взрослые люди,

У нас хороший рост,

У нас есть опыт,

Мы есть вот в этом своём паспортном возрасте.

То есть человек,

Который перед нами,

Вот этот абьюзер и психопат,

Он не может этого не чувствовать.

Нет,

Не может.

И он меняется,

И он кажется вдруг жалким,

Беспомощным,

Он как-то суетится со своей этой психопатией,

А ничего не работает.

Помните,

Как в «Матрице» в первой серии вначале бьётся чудовищно об стену,

Не знаю,

Страшные какие-то драки,

А в конце фильма он лёгким движением руки,

Одной руки,

Отбивает эти удары,

Которые до этого казались смертельными,

Вот этих самых клонов.

Вот это примерно метафора того,

Что происходит внутри нас и между нами.

Да,

Вот ещё,

Вдруг мало ли кто-то не услышал практический ваш совет,

Мы ещё раз его сейчас повторим.

Когда ты.

.

.

Первое,

Как я услышала,

Ты находишь того,

Кто боится в момент,

Когда с тобой говорят,

Ты его идентифицируешь,

Ну это уж у кого как фантазии хватит,

Кто-то увидит,

Сколько лет,

Как выглядит,

Такая некая субличность,

Да?

Ты ему говоришь,

Себе ему,

Этому ребёнку внутри,

«Я твой теперь новый родитель,

Я тебя люблю,

Принимаю,

Я взрослый,

Посмотри на меня,

Я тут есть».

«Я защищу тебя».

«Я тебя защищу,

Вставай,

Пожалуйста,

За спину,

Да?

А я с ним,

С ней,

С этим дядей,

Тётей,

Мужем,

Не важно,

Да?

Я разберусь сам,

Я взрослый,

У меня хватит силы,

Роста,

Возраста».

А ты не переживай,

Ты больше не здесь,

Во фронте принимаешь удар,

А за мной,

И он до тебя не дойдёт.

Это вот такая схема?

Это ноу-хау,

Да,

Вот как раз,

Которое я действительно,

Ну в общем,

Выстрадала сама,

И мне это очень со временем помогло.

И дальше я начала понимать,

Как это объяснить психологически,

И поняла,

Что это ложится психологически идеально во все модели.

И это работает невероятно,

Это может делать любой человек,

Ничего не знающий про психологию.

Моя коллега,

Когда мы с ней обсуждали какие-то вещи,

Она знает про мой метод,

Училась ему.

Она говорит,

«Вы знаете,

Когда я даю этот рецепт ваш моим клиентам,

Кроме этого,

Кроме этого,

Ещё много чего,

Ну вот что вам запомнилось,

Что вам больше всего припало к сердцу?

» Они говорят,

«Вот это».

Потому что это очень просто и очень всем понятно.

И это очень действительный метод.

Это эффективный метод.

Это просто попробовать,

И мир вокруг тебя.

.

.

Мы же ещё как,

Мне кажется,

В нашем ментальности,

Мы привыкли,

Что всё через труд.

Ты должен с 7 потов с тебя сойти,

Ты должен на работе задержаться до 12 ночи,

Иначе ты плохой сотрудник.

Это вот наша формация,

Да,

Советских детей.

Иначе ты просто не работаешь.

А ещё лучше.

.

.

А не дай бог какая-то трагедия произойдёт,

И ты должен страдать всю жизнь,

И оплакивать всю жизнь,

И не дай бог тебе улыбнуться,

Тогда ты нездоровый человек.

И вот с этой всей формой очень сложно представить,

Что достаточно этой небольшой медитации или вот этого представления.

Да,

Упражнения.

И просто отпустить это во Вселенную.

Она сработает за нас.

Правильно ведь,

Что есть какие-то процессы,

Когда психика вылетает,

Что это уже нам не подвластно.

Это так?

Ну,

На самом деле,

Это не там,

Это внутри нас,

Понимаете?

Не случайно вот это понимание очень красивое христианское «внутренний человек».

То есть на самом деле я выстраиваю внутреннего человека.

И тогда,

Конечно,

Взаимодействую с миром через внутреннего человека.

Мы живём в инфантильном мире,

Понимаете?

Мы все,

Так сказать,

Тотально дети.

Мы боимся,

Как дети,

Тревожимся,

Как дети.

Мы пытаемся заработать пятёрку,

Как дети,

Упасть замертво от перегруза на работе,

Как дети,

Потому что надо всё время заслуживать,

Заслуживать любовь.

У нас в мире проблема с любовью.

Понимаете,

Мало любви.

И когда мы обнаруживаем внутри себя,

Ну,

Это же всё достаточно просто.

Откройте детский альбом,

Посмотрите на лицо вас,

Не знаю,

В три года.

Ну,

Умилитесь этому ребёнку.

Но это же реальный ребёнок.

Ну,

Где он?

Он же не там где-то там,

В этих страницах,

В жёлтых фотографиях,

Да,

Там в дальнем шкафу,

Закрыт на всех ключей.

Он внутри нас.

И вот на секундочку представить себе вот себя,

Вот этого маленького внутри себя.

Я всегда даю такой красивый,

Мне кажется,

Очень правильный образ.

Спил дерево.

Посмотрите,

Что такое дерево,

Да,

Наружная часть.

Это мы.

Посмотрите,

Что происходит с деревом,

Как эти кольца уходят,

Уходят в центр.

Вот это деревце внутреннее такое главное,

Первое.

Ядро такое,

Да?

Ядро.

Это и есть внутренний ребёнок.

И когда мы его внутри себя как-то чувствуем или ощущаем,

Или представляем,

У каждого своя модальность ведущая,

Поэтому у каждого будет по-своему.

И мы понимаем,

Что я могу отнестись к этому существу как-то.

Понимаете?

И это существо на самом деле реальное.

И вот в этом как раз вся метафизика этой темы как бы и есть.

Это реальное внутри нас живое существо.

Если хотите,

Ядро нашей души.

И оно боится,

Оно нуждается в любви,

В поддержке,

Оно хочет творить,

Радоваться.

Оно всё это умеет.

Оно,

Он,

Она.

Всё-таки это не оно,

Девочка или мальчик.

И когда мы начинаем с этой частью себя взаимодействовать,

С взрослой,

Адаптивной,

Вот этой социальной уже своей личности,

То происходят совершенно чудесные метаморфозы,

Просто удивительные.

Это может изменить программу рода?

Да,

Это фундаментально меняет все программы.

Это отдает нам свободу.

Понимаете?

Понимаю.

Потому что мы как бы берём тогда,

Как в этой медитации,

Которую мы проделали,

Этот дар,

Это послание «Живи,

Будь собой,

Ничего не бойся,

Ты ни в чём не виновата».

Но при этом мы реально живём свою жизнь.

Мы не воспроизводим чужие сценарии.

Мы свободны.

Потому что мы дали этому ребёнку любовь.

И ему тоже сказали,

«Ты пришёл в этот мир,

Живи».